Умелый, в меру изобретательный спектакль А. Тимошенко, несколько холодный и отстраненный по отношению и к материалу, и к зрителю. Темноты, увы, много больше, чем света. Грамотное прочтение И.В. Гёте, достойное использование классического перевода Н.А. Холодковского (с небольшими шутливыми дополнениями, никак не чрезмерными). В инсценировку вошли сцены первого тома и знаменитый финал второго. Линия Гретхен смазана. В. Логвинов в своей роли на месте. Что касается Фауста – возникает впечатление, что прощение он получил за заслуги маститого артиста Е. Князева. Бывает и такое, театральный пролог Гёте это допускает.читать полностью
Умелый, в меру изобретательный спектакль А. Тимошенко, несколько холодный и отстраненный по отношению и к материалу, и к зрителю. Темноты, увы, много больше, чем света. Грамотное прочтение И.В. Гёте, достойное использование классического перевода Н.А. Холодковского (с небольшими шутливыми дополнениями, никак не чрезмерными). В инсценировку вошли сцены первого тома и знаменитый финал второго. Линия Гретхен смазана. В. Логвинов в своей роли на месте. Что касается Фауста – возникает впечатление, что прощение он получил за заслуги маститого артиста Е. Князева. Бывает и такое, театральный пролог Гёте это допускает.читать полностью