Вчера, 10 апреля, прошла очередная встреча в рамках авторского цикла Ольги Харитоновой "Легенды драмы". Она была посвящена народному артисту России, лауреату премии имени К.С. Станиславского, Александру Григорьевичу Галко.
Артист Саратовского театра драмы, которому были подвластны самые различные роли, педагог, воспитавший целую плеяду замечательных артистов, Александр Галко был человеком удивительной цельности и внутренней культуры.
Этот вечер памяти Ольга Игоревна решила провести с самим Александром Григорьевичем. Пришедшие на вечер зрители смогли увидеть отрывки из немногих сохранившихся на видео спектаклей, часть интервью Александра Галко с Татьяной Зориной, отрывки из видеозаписи празднования 75- летия Александра Галко, где он читал Бёрнса, Есенина, Пастернака.
Артист театра драмы, ученик Галко, Денис Кузнецов прочитал интервью Александра Галко Ольге Харитоновой, которое было выпущено к 60-летию артиста в газете "Саратов".
Татьяна Родионова, ученица Галко, прочитала "Правила жизни" Александра Григорьевича.
Ученики Александра Галко Сергей Ванин, Александр Островной и Илья Ульянчев исполнили одну из самых любимых песен своего мастера "Однообразные мелькают" на стихи Николая Гумилева.
Правила жизни Александра Галко
Жизнь такая короткая. Ужасно короткая. И чем дальше, тем короче. Порою, кажется, что вообще ничего не прожито. Что ничего не успел, ничего не смог. Тоскливые мысли на эту тему возникают. Единственный способ справиться с ними – продолжать делать дело, которое тебя в этой жизни и удерживает.
Болезни сердца вызваны совсем не физическими причинами. Это болит вся твоя жизнь, то, что ты не сделал или пропустил, твои глупости, некрасивые поступки и разочарования. Я всегда относился к жизни очень серьезно. Этот серьез и болит.
От крестьянского происхождения во мне осталась любовь к тишине. И воспоминание о невероятно красивом поле льна. Когда лен цветет, – это море маленьких синих цветов на тонких стебельках, которое колышется от самого легкого дуновения ветра. От этой картины можно с ума сойти. Почему никто до сих пор этого не снял? Это невероятная живая природная красота, как будто из фильмов Тарковского.
Я живу внутри себя необычайно интенсивно, мне с самим собой никогда не бывает скучно.
Правила жизни, наверное, не столько устанавливаются человеком, сколько живут в самом человеке. В одном – одни, в другом – другие. Я старался всегда соответствовать единственному жизненному правилу: не врать, в сложных жизненных ситуациях быть честным. Это очень трудно дается в театре и чревато массой осложнений и неприятностей. Мне не всегда удавалось. Но я пытался. И продолжаю пытаться. Теперь мне это удается чаще.
Человек для меня определяется несколькими вещами, и прежде всего – отношением к матери, к родителям. Я много об этом говорю со студентами, объясняю, привожу примеры. И еще мы говорим об отношении к любви. Потому что время, в котором мы живем, – собачье. И любовь во многом стала похожей на собачью. Конечно, важно выпустить из института профессионального актера. Но не менее, а, может, и более важно – воспитать человека. Несостоявшийся человек никогда не будет хорошим актером. Тем, кто называется личностью.
В любой ситуации я могу найти очень много смешного. Могу рассказать о походе в столовую или службы ЖКХ так, что люди будут хохотать. Потому что смешное – внутри тебя. Одни любят петросяновский юмор, другие – задорновский. Мой – совсем другой. Я люблю, когда человек не только остроумен, но и быстроумен, люблю мгновенную реакцию, парадоксальность мышления. Человек без юмора – это ужасно. Серьезное отношение к самому себе как личности драматической, а порой и трагической – это уже смешно. Юмор рождается как раз из столкновения несоответствий. Иногда читаю пьесу и думаю: ой, как смешно. Но при этом совсем не смеюсь – просто знаю, что именно смешно, и как это смешное выразить на сцене.