«У всех героев в костюмах есть элемент „плюшевости“. Пушистые кардиганы, свитера, шапки. Мягкие игрушки, с одной стороны, транслируют чистоту чувств героев, безопасность, наивность, а с другой — это образ „застывшего“ детства. Геля никогда не повзрослеет. Столкнувшись с её смертью, Егор в припадке гнева и отчаяния разрывает плюшевого медведя. Синтепон разлетается по сцене рваными облаками, белой пеной. Из него же Егор собирает заснеженную могилу Гели, у которой засыпает однажды под Новый год.
Повзрослев, встретив другую девушку, он размышляет: проще было бы вернуться в прошлое и свайпнуть Гелю влево. Но тогда он, наверное, не стал бы тем, кто он есть? В пьесе Гранецкой монолог ритмично перебивает ремарка „Молчит и перебрасывает резинку с руки на руку“. По ней мы понимаем, что герой так и не отпустил Гелю. „Это была её резинка. Соломинка моя с ней“. В спектакле воплощением зацикленности героя становится карусель.»
— Татьяна Зиндер для Петербургского театрального журнала.
Читать статью целиком: vk.com/@teatr_subbota-teatr-podrostkovoi-skorbi
#ТеатрСуббота #ГудбайКитти@teatr_subbota