Уникальный спектакль-магнит продолжает притягивать, побуждая возвращаться вновь, далеко не только питерских зрителей. 5 часов эмоций на разрыв, самоотдачи на каком-то почти запредельном уровне и совершенно особой бутусовский энергетики. 5 часов оголенных, препарированных рукой Мастера чувств и страстей человеческих. Любовь и ненависть, страх и зависть, жажда власти и муки совести сплетаются в непередаваемый словами узор, увлекая в магическое путешествие, заставляющее на время забыть о реальности, выпасть из нее, нырнуть вслед за актерами в водоворот неповторимого, возникающего на наших глазах и в наших сердцах мира. (Приятно, что в зале, наконец-то, собираются люди, понимающие, на что и куда они пришли, а подтверждение тому - фактически полное отсутствие свободных мест даже к четвертому действию). Более детально описывать спектакль, пытаться его анализировать, на мой взгляд, просто невозможно. Равно, как выделять кого-то за исключением Лауры Пицхелаури, не перестающей потрясать, очаровывать, превращать в событие любую постановку, любого режиссера. Но все же, очень хочется верить, что ставшие практически бесценными работы Юрия Николаевича не сойдут на нет, не исчезнут из репертуаров Москвы и Петербурга, побуждая перекраивать планы, срываться с насиженных мест, мчаться на поезд, превращаясь в частичку многолетнего, вдохновляющего, наполняющего незабываемыми эмоциями броуновского движения.read more
Уникальный спектакль-магнит продолжает притягивать, побуждая возвращаться вновь, далеко не только питерских зрителей. 5 часов эмоций на разрыв, самоотдачи на каком-то почти запредельном уровне и совершенно особой бутусовский энергетики. 5 часов оголенных, препарированных рукой Мастера чувств и страстей человеческих. Любовь и ненависть, страх и зависть, жажда власти и муки совести сплетаются в непередаваемый словами узор, увлекая в магическое путешествие, заставляющее на время забыть о реальности, выпасть из нее, нырнуть вслед за актерами в водоворот неповторимого, возникающего на наших глазах и в наших сердцах мира. (Приятно, что в зале, наконец-то, собираются люди, понимающие, на что и куда они пришли, а подтверждение тому - фактически полное отсутствие свободных мест даже к четвертому действию). Более детально описывать спектакль, пытаться его анализировать, на мой взгляд, просто невозможно. Равно, как выделять кого-то за исключением Лауры Пицхелаури, не перестающей потрясать, очаровывать, превращать в событие любую постановку, любого режиссера. Но все же, очень хочется верить, что ставшие практически бесценными работы Юрия Николаевича не сойдут на нет, не исчезнут из репертуаров Москвы и Петербурга, побуждая перекраивать планы, срываться с насиженных мест, мчаться на поезд, превращаясь в частичку многолетнего, вдохновляющего, наполняющего незабываемыми эмоциями броуновского движения.read more