


Необычное и невероятно волнующее действо разыгрывается во внутреннем дворике театра по совершенно особым законам — театра под открытым небом. Розовский придумал нечто под очень простым названием — «Песни нашего двора», и это нечто получилось на редкость заразительным.
Зрители этого действа не только смотрят и слушают, но и подпевают, подсказывают забытые слова, некоторые — выпивают и закусывают… Просто потому, что иначе — никак. Уходит ощущение подлинности происходящего. Какие-то из этих песен помнят все. Какие-то пели сами – во дворе или в кухне. Это не ностальгия. Это наша жизнь — в Совдепии, в СССР, в СНГ... В этом дворе идет своя жизнь с ссорами и примирениями, с развешенным на веревках нехитрым бельишком, с патефоном на всю улицу, свистом голубятников, корытом на скамейке, сбившимися кружком покуривающими мужчинами, женщинами в халатах и бигуди... Общая жизнь — вся на виду. Одна дна на всех.
Внимание!
Спектакль идет под открытым небом во внутреннем дворе театра.
В случае плохой погоды, театр оставляет за собой право переноса спектакля в зал на Новой сцене.



Необычное и невероятно волнующее действо разыгрывается во внутреннем дворике театра по совершенно особым законам — театра под открытым небом. Розовский придумал нечто под очень простым названием — «Песни нашего двора», и это нечто получилось на редкость заразительным.
Зрители этого действа не только смотрят и слушают, но и подпевают, подсказывают забытые слова, некоторые — выпивают и закусывают… Просто потому, что иначе — никак. Уходит ощущение подлинности происходящего. Какие-то из этих песен помнят все. Какие-то пели сами – во дворе или в кухне. Это не ностальгия. Это наша жизнь — в Совдепии, в СССР, в СНГ... В этом дворе идет своя жизнь с ссорами и примирениями, с развешенным на веревках нехитрым бельишком, с патефоном на всю улицу, свистом голубятников, корытом на скамейке, сбившимися кружком покуривающими мужчинами, женщинами в халатах и бигуди... Общая жизнь — вся на виду. Одна дна на всех.
Внимание!
Спектакль идет под открытым небом во внутреннем дворе театра.
В случае плохой погоды, театр оставляет за собой право переноса спектакля в зал на Новой сцене.











