Предельно лаконичная декорация, контрастирующая с удивительными по неожиданности и красоте костюмами, хирургически точная музыка, появляющиеся то тут, то там огромные экраны с проекцией.
Театр времен Шекспира не знал психологических тонкостей, все было предельно «театрально». В «Гамлете» Игоря Шаповалова эта «театральность для публики» крепко соединена с глубоким размышлением на тему «человек и власть».
Пугающая глыба трагедии Шекспира становится захватывающим зрелищем про самые актуальные вопросы нашего времени.
Предельно лаконичная декорация, контрастирующая с удивительными по неожиданности и красоте костюмами, хирургически точная музыка, появляющиеся то тут, то там огромные экраны с проекцией.
Театр времен Шекспира не знал психологических тонкостей, все было предельно «театрально». В «Гамлете» Игоря Шаповалова эта «театральность для публики» крепко соединена с глубоким размышлением на тему «человек и власть».
Пугающая глыба трагедии Шекспира становится захватывающим зрелищем про самые актуальные вопросы нашего времени.











